РУБРИКИ

Курсовая: Рынок

   РЕКЛАМА

Главная

Логика

Логистика

Маркетинг

Масс-медиа и реклама

Математика

Медицина

Международное публичное право

Международное частное право

Международные отношения

История

Искусство

Биология

Медицина

Педагогика

Психология

Авиация и космонавтика

Административное право

Арбитражный процесс

Архитектура

Экологическое право

Экология

Экономика

Экономико-мат. моделирование

Экономическая география

Экономическая теория

Эргономика

Этика

Языковедение

ПОДПИСАТЬСЯ

Рассылка E-mail

ПОИСК

Курсовая: Рынок

использованы только для валютных интервенций, если это будет необходимо для

поддержания курса рубля после введения его конвертируемости. Интересно, что

возможна и такая ситуация: использовать этот фонд непосредственно для

интервенций и не придется. Сам факт существования фонда может стабилизировать

валютный рынок: те, кто проводит на нем свои операции, уже будут заранее

знать, что в случае падения курса рубля правительство начнет валютную

интервенцию.

Оставшиеся 18 млрд.— кредиты для поддержки платежного баланса России в 1992

г. В счет этих кредитов могут быть закуплены любые товары на мировом рынке, в

которых общество будет испытывать особо острую необходимость. Важно

подчеркнуть, что оказываемая помощь в 24 млрд. долл., выделяется России не

под конкретных просителей, а под рыночные реформы. Главная задача —

распорядиться предложенными финансовыми ресурсами самым эффективным образом.

Политика и экономика в условиях перехода к рынку

С политической точки зрения продвижение к рынку предполагает решение по

крайней мере трех взаимосвязанных задач. Задача первая:

как разрешить противоречия между теми, кто декларирует полезность рынка, но

тормозит продвижение к нему на деле, и теми, кто на словах и в делах

формирует рыночные отношения? Внешняя благопристой­ность при нежелании

действовать во имя рыночных отношений объясняется якобы специфическим

пониманием последних. Так, очевидная для рыночной экономики реформа отношений

собственно­сти, предполагающая существование частной собственности,

преподно­сится как нечто невероятное для наших отечественных условий, будто

бы невозможное в силу даже прежних, дореволюционных традиций, усиленных

практикой последних десятков лет. Например, на вековые традиции сельской

общины как на нечто положительное ссылаются и политики, и ученые, и писатели.

Между тем, многие из них абсолю­тизируют значение общины либо по незнанию,

либо по явному корыстному умыслу.

Во-первых, в отличие от незнания законов, которое не освобождает от

ответственности, незнание истории, похоже, освобождает от ответ­ственности за

качество проработки социально-экономических программ. Во-вторых, стремление к

односторонней оценке места и роли общины позволяет со ссылкой на историю

народа утверждать, что, например, частная собственность нам не присуща, а

общественная собственность просматривалась еще в общине. Нетрудно

представить, что если в этом противостоянии победили бы противники частной

собственности, настали бы тяжелые времена для новых хозяйственных форм,

альтернативных государственным.

Задача вторая. Если вышеуказанное противоречие разрешается, напротив, в

пользу действительных реформаторов, то какие основные мероприятия они должны

выполнить, чтобы придать высокую дина­мичность процессу продвижения к рынку?

В наших условиях вполне мог оказаться возможным сценарий развития по формуле:

«политиче­ский диктат — экономическая свобода». По прошествии нескольких лет

перестройки такой подход нашел бы довольно серьезную поддержку в массах. Ведь

он предполагает быстрое развитие рыночных отношений под руководством и с

активным участием номенклатуры, т.е. своего рода «прусский», он же

«чилийский», путь строительства капитализма. Короче говоря, речь идет о

перестройке авторитарной системы авторитарными методами. Это — авторитарный

модернизм. Остается только найти монарха или диктатора с рыночными

убеждени­ями.

Задача третья. Происходит встречный процесс адаптации противо­положных

подходов, продвижение к «золотой середине». Децентрали­зация экономической и

политической власти приобретает обязатель­ный характер. Это может быть раздел

власти между центром и новыми административно-территориальными образованьями

с предоставлени­ем президенту целого ряда чисто номинальных функций. При этом

переход к рынку становится значительно более динамичным.

Итак, по какому из трех возможных путей пойдет страна, время покажет.

Очевидно лишь то, что это не будут легкие пути, да и про­хождение не будет

быстрым. Вместе с тем, уже пройденный путь указывает на необходимость

значительно более продуманных, научно обоснованных действий в реформах

переходного этапа, помноженных на решительность и последовательность. Новые

законы, которые появляются в переходный период, должны аккумулировать прежде

всего то положительное, что накоплено обществом к этому моменту, что

фактически закреплено реальными отношениями (между людьми, организациями,

учреждениями), а потом уже то, что должно родиться. Именно в переходный

период важно помнить известную истину:

ломать — не строить.

С экономической точки зрения, продвижение к рынку предполагает прежде всего

решение проблем, связанных с отношениями собственно­сти и новых

предпринимательских структур. При этом наряду с тради­ционными формами

собственности (государственной, кооперативной) должна, наконец, реально

утвердиться частная собственность. Всякое желание подискутировать или

постращать наступление эры частной собственности (или капитализма) должно

отвергаться не только ссылками на здравый смысл, но и на существующий опыт

процветаю­щих, именно благодаря частной собственности, государств. Время

дискуссий по этому поводу уже явно прошло.

В действительности же неплохо было бы при формировании современной

экономической политики просто опираться на законы человеческой природы. Разве

не был прав А. Смит. когда утверждал, что человек, лишенный возможности

приобрести хоть какую-то собственность, заинтересован только в одном: как

можно больше есть и как можно меньше работать?

Реалистический подход к понятию «собственность» по-новому позволяет оценивать

поступки человека. Ведь собственность — это материализация личности человека,

ибо. распоряжаясь собственно­стью, человек врастает в общество, вступает в

сотрудничество с други­ми собственниками. Именно здесь формируется и

укрепляется нрав­ственность как язык социальных связей. Более того, обладание

собственностью делает отношения между людьми подлинно спра­ведливыми. Разве

опыт советского народа последних десятков лет не пример тому, как в условиях

ничейной (то бишь общественной) собственности о справедливости лишь мечтали?

Сегодня вряд ли кто будет спорить о том, что долгие годы наше общество

практически лихорадило во всем. То коллективизация через раскулачивание, то

индустриализация с помощью ГУЛАГа, то готови­лись к войне и воевали, то

отходили от войны и готовились к новой. Колоссальные человеческие и

материальные жертвы, а в результате опять разруха и угроза голода. В чем же

дело? Одной из причин является отсутствие экономической мотивации труда. Даже

если признать правомерность того, что труд — единственное божество, которому

должен поклоняться каждый человек, нельзя забывать и о следующем: каждый

человек также должен ощущать личную выгоду от присвоения результатов своего

труда через свою соб­ственность. Отечественный опыт показал, что негативное в

частной собственности (корысть, жадность, высокомерие и т.п.) значительно

уступает все же позитивному в ней (трудолюбие, ответственность, качество

труда, достоинство и т.п.).

Итак, споры о месте и роли частной собственности, видимо. бесконечны. Сколько

существует людей, столько и мнений. Но одно ясно: частная собственность не

отвергает существование других форм собственности. Напротив, все без

исключения формы собственности, начав конкурировать между собой, тем самым на

деле докажут свои преимущества. Особо следует подчеркнуть: частная

собственность возникает не взамен, скажем, государственной, а наряду с ней,

как единственная форма общественных связей, которую длительное время

искореняли и запрещали.

Роль государства в формировании рыночных структур

В переходный период необходимо по-новому осмыслить роль госу­дарства в

экономике. Здесь очевидно лишь то, что прямое вмешатель­ство государства в

экономическую сферу должно постепенно допол­няться и заменяться косвенным

регулированием. В самом деле, вовсе не обязательно, например, доводить плановые

задания до каждого малого или большого предприятия. Напротив, наделив

полномочиями администрацию и остальной коллектив предприятия, дав им

самостоя­тельный статус, государство тем самым высвобождает руки для организации

присущей ему деятельности — определения стратегии развития. Короче говоря,

государство в условиях рыночной экономики призвано играть иную роль, нежели в

условиях командно-администра­тивной системы. Подчеркнем: не меньшую, а именно

иную, может быть даже и большую, чтобы его граждане, будь то отдельные

предпринима­тели или трудовые коллективы, почувствовали бы вкус к

самостоятель­ности и ответственности в процессе принятия решений, освободились

бы от страха перед всезнающими и везде проникающими органами государственной

машины. Усиление роли государства видится в том, что оно, разрабатывая новые

законы, должно поставить всех граждан в равное перед ними положение. Именно в

этом залог процветания и могущества демократического государства.

На этой основе государство может проводить самую разно­образную, полезную для

общества деятельность, используя для этого различные функции, среди которых

можно выделить законотворческую, предпринимательскую и международную.

Государство и законодательная власть. Законотворческая функция государства

предполагает разработку содержания и механизма реали­зации законов,

способствующих нормальной жизнедеятельности обще­ства. Это далеко не простое

дело, как может показаться на первый взгляд, если учитывать, что законы

разрабатывают, принимают и исполняют люди, еще недавно жившие в условиях,

которые сегодня при помощи новых законов они призваны существенно изменить.

Здесь, разумеется, мешают и стереотипы, и стремление лишь подправить, и

прямое нежелание изменьть вообще — вся эта палитра чувств и устремлений не

может не отразиться в новых законах. Кроме того, многое в жизни общества

постоянно меняется, поэтому в законах нужно уметь предвидеть возможные

тенденции, освобождаясь от попыток выдавать желаемое за действительное.

Тщательно отработанное законодательство — мощный регулятор рынка. Он

устанавливает «правила игры» на рынке, что превращает рынок из дикого в

цивилизованный, основанный не только на экономи­чески справедливо

эквивалентном обмене, но и на соблюдении правовых правил защиты экономически

более слабой стороны— обычного гражданина, потребителя, мелкого производителя

и т.п.

Правовое регулирование в нормально функционирующем рыночном хозяйстве включает:

антимонопольно (антитрестовское) законодательство;

законодательство особственности (особо важно — об иностранных инвестициях);

законодательство о сделках, договорах и обязателствах;

законодательство о защите потребителя и ответственности перед ним;

налоговое законодательство;

законодательство о труде и социальной защищенности опреде­ленных фупп населения;

законодательство об охране природы (в связи с производственной деятельностью)

и ряд других видов.

Остановимся более подробно на проблемах антимонопольного регулирования и

законодательства о собственности.

В нормальной рыночной экономике практически все предприятия конкурируют друг

с другом. Поэтому в переходном периоде важно создать необходимые предпосылки

для появления конкуренции. Во-первых, должны появиться законы, которые

разрешают и стимулируют предпринимателей открывать новые фирмы. Во-вторых,

процесс прива­тизации существующих предприятий должен предусматривать

созда­ние конкурентных рынков. В-третьих, должны быть открыты внутренние

рынки для иностранных предпринимателей. В-четвертых, должны появиться законы,

поощряющие конкуренцию и запрещающие монополистические объединения или

соглашения относительно цен.

Новые законы государства более или менее адекватны особенно­стям нынешнего

этапа развития общества. В них заложены необходи­мые элементы для возрождения

трудового потенциала страны, народа. Например, Закон РФ «О собственности в

РФ», в отличие от старых подходов, провозглашает равенство всех форм

собственности, не отдавая приоритета государственной.

Развитием и обеспечением основных положений и идей Закона «О собственности в

РФ» служит Закон РФ «О предприятиях и предпринимательской деятельности». Этот

Закон возрождает понятие предпринимательства как вида человеческой

деятельности. Закон подчеркивает, что перед ним равны все организационно-

правовые формы предприятий (вне зависимости от формы собственности, включая

частную). Кроме того. Закон представляет предприятиям полную свободу в

вопросах планирования, самого процесса производ­ства, реализации продукции и

ценообразования, формирования фи­нансовых ресурсов и внешнеэкономической

деятельности. Упрощается порядок регистрации предприятий, который из

разрешительного стал регистрационным.

Вместе с тем, в переходный период преобразование видов деятельности

предприятий на основе новых форм собственности происходит не так быстро и

гладко, как это выглядит порой в законах или постановлениях. В нашем случае

собственник практически всех российских предприятий — государство. Видимо, в

ближайшие не­сколько лет сколько-нибудь существенное изменение пропорций

между государственным сектором и новыми структурами экономики вряд ли

произойдет. Но это вовсе не означает, что переломить ход событий в сторону

положительных сдвигов никак нельзя. Напротив. опираясь на уже существующий

опыт прямой государственной поддержки производственных кооперативов или

государственных предприятий с использованием стимулов рыночной экономики

(снятие ограничений на фонд заработной платы, льготное кредитование с

одновременным ростом ответственности и т.п.), можно рассчитывать на успех.

Кроме этих мер по созданию условий конкуренции, государ­ство призвано

законодательно оформить и реально содействовать демонополизации экономики.

Главный недостаток монополий заклю­чается не только в том, что они навязывают

высокие цены, а и в том, что они сокращают производство для того, чтобы

поднимать цены.

Демонополизация особенно важна в переходный период, когда конкуренция среди

отечественных предприятий еще незначительна в силу монополистического

характера экономики, а иностранные фирмы осторожны в выборе путей

проникновения на российский рынок из-за неконвертируемости рубля. В этой

обстановке даже и без введения ограничений на иностранную торговлю российские

монопо­лии будут очень сильны.

На территории бывшего Советского Союза было расположено 40 тыс. промышленных

предприятий, 3 тыс. предприятий оптовой торговли, несколько сот строительных

трестов, а в целом примерно 50 тыс. предприятий, не считая сферы услуг,

розничной торговли и сельского хозяйства. Для сравнения, в США в тот же

период имелось свыше 3,5 млн. предприятий аналогичного профиля, т.е. в 70 раз

больше. Поэтому можно предположить, что в нормальной рыночной экономике в

процессе демонополизации и приватизации на территории России будут созданы

буквально миллионы новых предприятий.

Не следует ли опасаться того, что нынешние крупные монополии могут оказаться

разбитыми на слишком мелкие предприятия, что скажется на эффективности

производства и управления?

Видимо, процесс разукрупнения огромных государственных предприятий неизбежен,

но окончательные размеры предприятий будут определяться по достаточно

известному критерию минимума затрат при максимальном доходе. Кроме того,

конкуренция также все расставит по своим местам. Важно и другое — не следует

слишком увлекаться демонополизацией, превращая этот процесс в самоцель. В

отдельных случаях существования монополий может быть оправда­но. Во-первых,

если данному крупному производителю противостоит сильный конкурент из другой

страны, то разукрупнение может его ослабить. Во-вторых, сохранение большого

предприятия возможно по чисто производственно-технологическим причинам

(например, крупный никелевый или сталелитейный завод). В-третьих, возможны

так называемые естественные монополии на транспорте, в связи или других

отраслях производственной и непроизводственной инфра­структуры.

Тем не менее антимонопольное законодательство должно решать по крайней мере

три основные задачи: во-первых, способствовать разукрупнению существующих

производств, во-вторых, предотвращать появление новых монополий, в-третьих,

не допускать заключения соглашений между отдельными предприятиями,

направленных на разделение рынка, установления монопольной цены и в конечном

счете установления контроля со стороны этих предприятий.

В этих условиях поставленная задача перехода хозяйствования в обозримые сроки

из одного состояния в другое может быть решена лишь в том случае, если шаги

перехода будут представлены в ясной и доступной форме. Речь идет прежде всего

о том, что люди должны не только понимать цели реформы, но и чувствовать,

материально ощущать собственные выгоды от действительных и возможных

пре­образований.

Государство и исполнительная власть. Важно также учитывать, что

административно-командная система сформировала такого исполнителя-практика,

который привык к получению заданий в виде детально расписанных постановлений,

инструкций, приказов. Ситуа­ция осложняется также и потому, что практически

ежедневно появляются новые законы и подзаконные акты, указы и распоряжения,

необходимые и понятные с точки зрения назначения переходного периода, но не

имевшие прецедентов ни по существу, ни по методу исполнения. Более того,

многие из документов предусматривают значительную инициативу в их исполнении,

относят необходимые уточнения на будущее или на нижестоящий уровень

управления (чаще всего — на местный).

Чтобы реализовать рыночное законодательство без искажений его смысла в сжатые

сроки, нужно разработать пакет нормативно-методических материалов, а также

жесткое расписание и технологию проведения реформ. Сразу же должны быть

определены права и обязанности, интересы и ответственность конкретных

исполнителей. Отсутствие всех этих условий в течение всего начального периода

реформы было одним из самых активных ограничителей их проведе­ния. Не потому

ли такая богатейшая и огромная страна как СССР, подойдя к тупиковому рубежу в

своей жизнедеятельности и осознав необходимость перемен, из-за серьезных

ошибок начального этапа переходного периода прекратила свое существование,

распавшись на отдельные государства?

Так, признав, что нельзя создать нормальную, рыночную экономику на основе

старых, нерыночных структур, правительства переходного периода оказались в

плену прежних представлений об экономической роли государства. Вместо

энергичных, последовательных и целе­устремленных усилий по созданию «среднего

класса» в обществе, происходит модификация своего рода «государственного

рынка», на котором, как и прежде, а вступают в качестве продавцов и

покупателей преимущественно государственные предприятия-монополисты. При

таком положении необходимая либерализация цен приводит лишь к их всеобщему

повышению, предприятия стремятся сохранить государ­ственные заказы, дотации в

обмен на ограничение и без того малой самостоятельности.

Государство продолжает порочную практику помогать всем и вся, распыляя и без

того скудные ресурсы. В свою очередь последние накапливаются за счет

установления фискальных поборов и не­оправданных валютных ограничений. Вред

от такого регулирования трудно исчислить.

В этих условиях огромная роль принадлежит аппарату государ­ственной власти:

контроль за исполнением принимаемых законов и правительственных решений,

обеспечение безусловного выполнения конституции и гарантий от криминальных

воздействий на экономику. Утрата или существенное ослабление этих функций

аппаратом означа­ет кризис исполнительной власти.

Между тем это кризис станет действительно труднопреодолимым, если не наступит

понимание важнейшей роли государства в совре­менном обществе. Пропагандируя

жизненный уровень развитых стран, не следует забывать, что при сходстве

функций государственного управления методы их реализации существенно

различаются. Напри­мер, одноименные министерства «там», как правило, не

являются собственниками средств производства, на которые они воздействуют

своими управленческими решениями. В нашем случае, напротив, министерства

являются и собственниками, и управляющими.

Опасность переживаемого страной переходного периода кроется в том, что в

обществе может набраться критическая масса недоверия людей центральному

правительству и начнут предприниматься дей­ствия по передаче реальной власти

на местные уровни управления и в предпринимательские структуры. Такие

настроения вполне по­нятны, если иметь в виду практические результаты

прежнего тотально­го государственного вмешательства в экономику. Однако,

поддаться этим настроениям — значит привести страну к экономическим и

соци­альным отношениям, характерным для начала века и сохранившимся только в

ряде развивающихся стран, глобальный и сокрушительный структурный кризис

1929—1933 гг. показал пределы существования неуправляемой государством

эконо­мики. Пришедший тогда к власти президент США Ф. Д. Рузвельт, поставил

перед учеными задачу: разработать механизм, гарантиро­ванно защищающий

американскую экономику от ужаса глобального кризиса. Разработанная к тому

времени Дж. М. Кейнсом теория государственного регулирования

капиталистической экономики, должна была сыграть на практике роль

амортизаторов в рыночных структурах. Регулирование рынка должно было

осуществляться госу­дарственные аппаратом.

Государство и антикризисные мероприятия. При сохранении ослабленной

исполнительной власти у нас выйти из кризиса быстро и без огромных потерь

невозможно. Вот почему в число первооче­редных антикризисных действий

необходимо включать:

меры по выбору и прямой государственной поддержке сравнитель­но небольшого

числа приоритетных направлений в сфере производства и услуг;

отказ от прямого финансирования хозяйствующих субъектов, претендующих на

полную экономическую самостоятельность (возможно даже в обмен на определенные

льготы — первоочередное акционирование, снижение налогов, солидный

государственный заказ и т.п.);

делегирование на места более широких полномочий по поддержке новых -

экономических структур (бирж, коммерческих банков, торговых домов, концернов,

акционерных обществ и товариществ, фермерских хозяйств);

поощрительная налоговая политика, когда часть налогов, собранных на

территории, оставляется для поддержки конкретных видов деятельности;

привлечение всей силы правоохранительных органов для обеспече­ния нормальной

предпринимательской деятельности;

создание организационных и финансовых условий для появления новых

конкурентных производств;

тщательное изучение состояния рынка труда и разработка эффективной политики

занятости и т.д.

Законы государства, как известно, существуют не сами по себе, а является

отражением уровня развития общества. Россия (ни общество в целом, ни

отдельные люди) до 1917 г. и после этого рубежа не была готова к переходу от

частной к так называемой обще­ственной — а точнее к государственной

собственности. Здесь кроется одно из начал трагедии нашего общества.

Необходимо исправлять ошибки, и чем быстрее, тем лучше.

Государственное предпринимательство, предпринимательская функция

государства заключает в себе разнообразные формы эконо­мической деятельности с

полным или частичным участием государства. Среди них можно выделить

государственную собственность, участие государственного капитала в тех или иных

предприятиях, реализацию интересов государства иными формами и методами.

Государственная собственность пока является явно преобладаю­щей — примерно 95

% производственных фондов страны. В перспекти­ве предполагается снижение доли

государства до 30—40% и переход многих государственных предприятий на

акционерные начала. Госу­дарству же будут принадлежать предприятия

общенационального значения (железные дороги, электроэнергетика, некоторые

отрасли добывающей и обрабатывающей промышленности и т.п.).

При этом важно не увлечься другими крайностями, когда появля­ется острое

сожаление по поводу оставшейся в распоряжении государства части экономики.

Дело здесь не только в том, что для многих видов производства высокая

рентабельность вряд ли достижи­ма, даже если они будут находиться в частных

руках. Проблема — в месте и роли государства и государственного сектора

экономики.

Ведь основным назначением последнего является не столько достиже­ние высокой

рентабельности, сколько, во-первых, обеспечение мини­мальной убыточности

своих предприятий и, во-вторых, создание условий для прибыльности

негосударственного, частного сектора.

Очевидно, что социалистическая экономика в СССР и странах Восточной Европы

оказалась сравнительно малоэффективной не потому, что в них имелся

государственный сектор, а потому, что она была практически полностью

огосударствлена. Отсутствовало есте­ственное противоречие между общими и

частными интересами, разре­шение которых является главной функцией

государства. Вместо различных форм и методов государственного влияния, целью

которого должно было быть развитие частного сектора экономики, происходила

абсолютизация общих, государственных экономических интересов. Это привело в

конечном счете к умалению, даже игнорированию личного интереса граждан,

превращая их постепенно из активных созидателей в пассивных потребителей

созданных государством мате­риальных и духовных благ.

Поэтому в переходный период очень важно, изучив отечественный и зарубежный

опыт, создать такой механизм государственного влия­ния на экономику, который

обеспечил бы первостепенное развитие частного сектора экономики, превратив

его в основу процветания нации.

Участие государственного капитала предусматривается прежде всего в

акционерных обществах. Последние, как уже отмечалось, образуются в ходе

разгосударствления или же путем объединения предприятий различных форм

собственности. В этих случаях можно предположить участие государства не

только в налаженных производ­ствах, но и поддержке новых начинаний.

Иностранные инвестиции и государственное регулирование. Серьезную

поддержку от государства должны получать иностранные инвестиции. Привлечение

этих средств может осуществляться в различных формах: от займов в иностранных

банках и международных организациях до прямой продажи российских предприятий в

соб­ственность иностранных инвеститоров. В качестве промежуточных форм могут

выступать совместные предприятия (СП).

Разумное привлечение иностранного капитала в экономику России, безусловно,

выгодно. Во-первых, иностранные инвестиции могут по­мочь стране быстро

модернизировать промышленную базу и увеличить ее производственный потенциал.

Во-вторых, иностранные фирмы, строя заводы в России, будут привносить свой

опыт организации производства и труда, отточенные в горниле капиталистической

конкуренции.

Чтобы обеспечить крупные инвестиции в нашу экономику, необхо­димо несколько

условий. Во-первых, государство должно гарантиро­вать иностранным инвесторам

безопасность их вложений. Бизнесмены должны быть уверены в том, что

представленные ими займы будут выплачены, капиталы и имущество не

национализируются и т.п. Во-вторых, государство должно создать условия

иностранным инвесторам для конвертации рублевой прибыли в твердую валюту. В-

третьих, государство не должно преувеличивать значение иностранных

инвести­ций, ибо они — это вовсе не главный фактор экономического роста

страны. Главный фактор — это постоянный приток средств и ресурсов из

внутренних источников.

Речь, разумеется, идет прежде всего о переходном периоде, когда общество и

экономика еще далеки от стабилизации, рынок не сформи­ровался, общественное

сознание в иностранных инвестициях видит экономическую интервенцию с целью

закабаления страны, превраще­ния ее в сырьевой придаток и т.п.

Между тем мировой опыт свидетельствует, что развитая рыночная экономика довольно

активно впитывает в себя иностранные инвести­ции. Так, иностранцы к последнему

десятилетию XX в. владеют средствами в США на общую сумму 329 млрд.

долларов. Чтобы представить зримо, что это означает, достаточно сказать, что

такова примерно стоимость всей экономики такой развитой страны, как Австралия.

Это, конечно, тревожит простых американцев, но руководи­тели американского

бизнеса (около 80%) активно поддерживают вливания иностранного капитала в

экономику страны. И находят в этом полную поддержку правительства.

Микроэкономика: предприятия в условиях разгосударствления

Как известно, предприятия — это ячейки народного хозяйства. Именно в них

создаются материальные и нематериальные блага и услуги. Поэтому экономика

предприятий, их взаимоотношения с центром и между собой, с банками и другими

кредитными учрежде­ниями должны стать объектами пристального внимания теории

и практики переходного периода. Однако, чтобы повысить эффективность

деятельности предприятий, необходимо изменить их статус: с государственного

предприятия со строгим регламентом работы на сравнительно большую

самостоятельность. Полезней можно достичь лишь при достаточно энергичной

политике разгосударствле­ния.

Пути и формы разгосударствления. Наиболее сложным делом в ходе

разгосударствления предприятий является не только определе­ние форм и методов

разгосударствления (акционирование, приватиза­ция, передача в аренду и т.п.),

но и выработка механизма взаимоотно­шений предприятий с государственными и

местными органами управления. В 1990 г. государству принадлежало 90—95%

производ­ственных фондов. С 1992 г. посредством политики разгосударствления,

приватизации и принятия пакета законов о конкуренции и ограничении

монополистической деятельности можно ожидать некоторого сниже­ния доли

предприятий государственного подчинения. Вместе с тем механизм взаимоотношения

«центр — предприятие» оказывается не так просто выработать, как это вначале

представлялось.

В самом деле, если десятки лет указания из центра воспринимались как закон, и

вся экономическая жизнь предприятия строилась на благословении центральной

власти, а инициатива была практически всегда наказуемой, то изменить ситуацию

в пользу предприятий не так-то просто. Проблем оказалось значительно больше,

чем ожида­лось. Среди них: проблемы управленческих кадров и материально-

технического снабжения, монополий производителей.

По некоторым расчетам специалистов, успех любого дела на 85—95% зависит от

уровня подготовки персонала. Особенная роль здесь принадлежит управленческим

кадрам. Речь прежде всего идет о способности управленцев работать, во-первых,

в условиях самостоя­тельности, когда сам и только сам руководитель должен

принимать решения, во-вторых, в условиях необходимости постоянных инициатив

своих подчиненных, опровергая тем самым доморощенный принцип о наказуемости

инициативы, в-третьих, в условиях рынка, когда выпуск продукции еще не

гарантирует сбыта. Таких руководителей за год — два, разумеется, не

подготовить, ибо не только система обучения пока не срабатывает, но и уклад

всей нашей жизни, характер хозяйственных связей и личных взаимоотношений

должны также измениться, чтобы начал работать четкий механизм рынка.

Децентрализация материально-технического снабжения предпола­гает переход

прежде всего к оптовой торговле средствами производств а. От жесткого

централизованного распределения необходимо перейти к двусторонним связям типа

«предприятие — предприятие», к продаже товаров через товарно-сырьевые биржи,

а также к свободному поиску партнеров. Конечно, какая-то часть товаров все же

останется для централизованного распределения (электроэнергетика, железные

дороги, военное про­изводство), но пропорции уже будут значительно более

подвижными, чем это было до сих пор.

Высокая степень монополизации производства, которая оказалась результатом

ошибочного представления о важности небольшого коли­чества специализированных

предприятий, сегодня стала труднопреодо­лимым препятствием. Официальные

данные показывают, что среднее число занятых на одном предприятии в 1987 г. в

промышленно развитых странах составило 86 чел., в Венгрии — 186, в Болгарии —

более 504, в СССР — 813 чел. 70—80% числа хозяйственных органи­заций в

развитых странах Запада — мелкие и средние предприятия. Так, в США такие

фирмы производят 50% ВНП страны, создают более половины рабочих мест. В СССР

удельный вес предприятий с числом занятых до 200 чел. составлял примерно 50%

производ­ственных организаций страны, но их доля в промышленном производ­стве

около 5,3%.

Как видим, степень монополизации производства в нашей стране очень высока. Не

будет видимо, ошибочным утверждение, что практи­чески любой вид производства

в той или иной степени монополизиро­ван. Безусловно, такое положение дел

создает и еще создает немало трудностей в ходе разгосударствления и

демонополизации. Поэтому роль центра в проведении этой политики исключительно

высока: центр, изменяясь сам, должен делать постепенные и последовательные

шаги в сторону увеличения роли малых и средних предприятий. Процесс будет

неоднозначным, трудным и долгим в силу как субъективных, так и объективных

причин. Сказывается недостаток нужных кадров, а также и складывавшийся долгие

годы характер взаимосвязей в обществе вообще и в -производстве, в частности.

Однако в этом нет оснований для пессимизма, напротив, знание и понимание

проблем лишний раз подтолкнут общество к более решительным действиям.

Предприятие и его связи в условиях перехода к рынку. Новый характер

взаимоотношений начинает складываться между предприя­тиями. На смену

обязательному разрешению центра приходят самостоятельные контакты, основанные

на взаимном интересе и взаимной выгоде. Это нормальные экономические отношения.

В нашем случае они, конечно, не так просты, учитывая, что, во-первых, далеко не

всегда у предприятий есть выбор, во-вторых, власть центра еще необходима для

определенных гарантий (госзаказ, традиции и т.п.). По мере развертывания

политики разгосударствления и демонополиза­ции, формирования рыночных структур

взаимоотношения между предприятиями будут становиться более стабильными, товары

во взаимных поставках более качественными, ибо у обеих сторон будет появляться

больше выбора.

Постепенно меняются отношения между предприятиями и банка­ми. Это очень

серьезная проблема, если учитывать, что банки еще в недавнем прошлом не

играли серьезной роли в экономике. Не имея самостоятельности, банки не могли

распоряжаться кредитами так, как этого требовал статус самих банков как

кредитных учреждений, Например, кредиты выдавались предприятиям, заранее

известным как неплатежеспособные заемщики. Нередко в кредитной политике

использовался командный стиль, когда вышестоящие руководители просто

приказывали выдавать кредит, не требуя его обеспечения.

Ныне формируется совершенно новая для России банковская система. Ее элементами

становятся коммерческие банки, функционирующие на основе самостоятельности,

самоокупае­мости, с повышенным риском в кредитной политике вплоть до

банкротства банков. Теперь уже банк выдает кредит предприятию на свой страх и

риск, поэтому, прежде чем предоставить кредит, банк должен четко представлять

экономическое и финансовое положение клиента. Союзный закон о банках и

банковской деятельности в СССР положил начало для современной

банковской деятельности. В даль­нейшем появились свои законы, регулирующие

банковскую деятельность, в государствах, входивших ранее в СССР.

Новые отношения формируются у предприятий с государственным бюджетом. Здесь

серьезно меняются источники финансирования предприятий: от преимущественно

бюджетных инъекций (без возвра­та) деньги все больше покупают как кредиты (с

возвратом, оплатой и в срок). Теперь предприятие должно рассчитывать на себя,

памятуя о том, что деньги уже не только можно получить, но и нужно

возвра­тить в срок, оплатив процент за пользование ими. В таких

взаимоотно­шениях совершенно новая роль появляется у страховых учреждений.

Наряду с Госстрахом начинают появляться новые страховые компании, которые,

как и банки, работают на свой коммерческий риск. Если степень риска высока,

банк может, например, предложить предприятию застраховать кредит,

перекладывая свой риск на страховую компанию. Получается как бы двойной

контроль:

банк и страховая компания совместно оценивают платежеспособность предприятия,

изучают целевое назначение кредита и затем принимают решения. Если страховая

компания отказывается страховать этот коммерческий риск, то уже дело банка —

выдавать кредит или отказать в нем.

Короче говоря, новая роль банков и страховых компаний призвана поднять планку

ответственности предприятий по своим обязателствам, более тщательно

продумывать и взвешивать свои планы. В свою очередь, сами предприятия также

повышают требования к качеству услуг, предоставляемых банками и страховыми

компаниями. Напри­мер, точность, оперативность и своевременность банковских

операций обеспечивает необходимое качество предпринимательских сделок. В этих

условиях страховые компании могут увеличить сумму взятого на себя риска и

понизить плату за него

Внешнеэкономические связи

Важным фактором развития национальной экономики являются внешнеэкономические

связи. Для некоторых стран внешняя торговля — это единственная возможность

получить тот или иной товар, отсутствавший в ее пределах. Однако для «больших

экономик», как в США и России, это не очень существенно. Но благодаря

между­народному разделению труда каждая страна может сосредоточиться на

производстве тех товаров, которые она может производить эффективнее и дешевле

по сравнению с другими.

Опора на собственные силы! Это — политика, при которой какое-либо

государство стремится не допускать превышение импорта над экспортом, жестко

контролируя движение товаров, услуг или капита­лов через свою границу. Такой

политики, как правило, придержива­ются тоталитарные страны, политические режимы

которых пытаются максимально ограничить внешние контакты своих граждан. Нередко

опора на собственные силы находит своих приверженцев среди определенной части

населения, считающей, что слаборазвитая страна может попасть в зависимость от

высокоразвитой, если не будет ограничивать себя, исходя из имеющихся ресурсов.

В последнем, видимо, есть рациональное зерно. В конце концов, каждая страна

должна жить и развиваться, опираясь на свои средства. Но все же ни одна страна

не сможет достичь сколько-нибудь серьезных положи­тельных результатов в

экономическом и социальном развитии, если она не будет прибегать к помощи

иностранных кредитов.

Например, Россия в принципе может идти по пути опоры на собственные силы,

если иметь в виду наличие в ее недрах практически всех элементов таблицы

Менделеева. Можно, конечно, сохранять нефть, газ и другие важнейшие

ископаемые для внутреннего пользова­ния, но тогда будут резко ограничены

количество и ассортимент импортируемых из других стран товаров и услуг,

которыми так богат мировой рынок. Продавая сырье, в обмен можно получить не

только потребительские товары, но и новую технику и современные техноло­гии.

Видимо, пора отказаться от устарелого представления о том, что страны,

вывозящие сырье, якобы считаются слаборазвитыми, полуко­лониями и т.д. США,

Австралия, Великобритания, Норвегия и другие высокоразвитые страны являются

экспортерами сырья и импортерами современной техники и технологии, имея при

этом экономику и уро­вень жизни такие же, как Япония, которая ввозит все

сырье и вывозит технологии.

Разумеется, не следует упрощать проблему зависимости, например, от вывоза

сырья или ввоза техники, технологии и потребительских товаров. Теперь уже

очевидно, что степень остроты проблемы зависи­мости определялась глобальным

противостоянием сверхдержав — СССР и США. Поскольку такое противостояние,

видимо, кануло в Лету, перед странами встает необходимость разработки

разумной внешнеэкономической политики, опирающейся на соответствующее

законодательство своих стран. Например, нет ничего страшного в том, что

развитая страна может построить в менее развитой стране какой-либо

промышленный объект, если законодательство последней предусматривает защиту

интересов своего населения по экологическим параметрам, социальное развитие,

контроль за уплатой налогов и вывозом прибылей.

Кроме этого, выгода от внешней торговли и в том, что она позволя­ет .сравнить

экономические уровни стран, как бы подстегивая их затем к развитию. При этом

одни страны освобождаются от напряжения перепроизводства, а другие

слаборазвитые получают внешний импульс для экономического прогресса. Любые

ограничения внешней торговли отрицательно сказываются на экономике страны,

однако это вовсе не означает, что она не должна быть объектом

государственного регулирования.

Государственное регулирование внешней торговли. Развитая внешняя торговля

обостряет конкуренцию между товаропроизводите­лями, заставляя их закрывать

неконкурентные и искать прибыльные производства, улучшать организацию труда и

т.п. Поэтому, хотя население в целом и выигрывает, положение каких-то видов

производства может ухудшаться. Начнется давление на правительство страны с

требованием создания барьеров, ограничивающих движение товаров через границу.

Правительству же, образно говоря, из двух зол нужно выбрать наименьшее.

Поскольку выигрыш от свободной торговли больший, чем потери, следует выработать

механизм компенсации последних (пособия по безработице; программы

профессионального переобучения и повышения квалификации и т.п.).

Разгосударствление внешней торговли в ходе продвижения к рынку носит

объективный характер. Но этот процесс требует тщательного продумывания и

взвешенного подхода. Например, теоретически можно предположить, что в ходе

разгосударствления, когда идет ломка прежних, устарелых структур управления

народным хозяйством. произойдет спад производства, станут привычными

кризисные явле­ния, появится или увеличится безработица, у части населения

наступит апатия и неверие в будущее и т.п. В этих условиях правительство

может столкнуться с дилеммой: установить высокие таможенные тарифы на импорт

в целях его ограничения из-за нехватки валюты и экспортных товаров или

установить квоты на ввозимые товары.

При такой ситуации тарифы (т.е. обложение импортных товаров налогом для

увеличения их цены на внутреннем рынке) являются более предпочтительными, чем

квоты (ограничения количества ввози­мых товаров). Во-первых, тарифы

увеличивают государственные доходы, а квоты искусственно повышают цены на

иностранные товары из-за сравнительно небольшого количества, что обогащает

зарубежных производителей. Во-вторых, мировые и внутренние цены будут

изме­няться в одну сторону При политике тарифов, тогда как внутренние цены

могут сильно превышать цены мирового рынка при политике квот. Это означает,

что экономические потери для народного хозяйства при тарифной политике могут

как-то ограничиваться, тогда как неэффективность при политике квот может

достигать огромных размеров.

В идеале рынок должен сам определять, какие продукты будут экспортироваться и

какие импортироваться В этом случае нет необхо­димости в том, чтобы

государство полностью регламентировало внешнеэкономическую деятельность

предприятий. В деле перехода к рыночным структурам без сильного влияния

государства нельзя обойтись, ибо на этом этапе важно оптимизировать

экспортные и импортные группы товаров и услуг, опираясь на сложившуюся к

данному моменту практику. Так, на нынешней стадии для России наиболее

выгодным, вероятно, будет экспортировать прежде всего энергоносители и лес, а

импортировать технологии и предприятия «под ключ».

Такой подход можно считать целесообразным, если его рассматри­вать как этап

на пути к высокотехнологичной экономике. При этом лучший способ обеспечить

'себе такое будущее — это использовать прибыль, полученную от сегодняшнего

экспорта сырья не на закупку товаров народного потребления, а для

немедленного инвестирования в технический прогресс. Эти инвестиции заложат

основания будущей развитой экономики России с высоким уровнем жизни ее

населения.

Система социальной защиты

Эта система предполагает совокупность взаимосвязанных эле­ментов,

направленных как на облегчение тягот переходного периода к рынку, так и на

стимулирование деловой активности всех слоев населения. Прежде всего, система

социальной защиты предполагает обеспечить защиту наиболее уязвимой части

общества: стариков, инвалидов, многодетных семей, сирот, больных. Это

достигается путем индексации пенсий, пособий, раздачей различного рода

талонов, обедов, других видов помощи. Важную роль для этих слоев общества

могут и должны сыграть благотворительные организации и фонды, государственные

и коммерческие предприятия, вклады отдельных граждан.

Во-вторых, государство призвано и обязано создать необходимые условия для

развития мелких и средних предприятий, способных принять освобождающихся

работников из государственного сектора.

В-третьих, государство, а позднее и предпринимательские структу­ры, должны

нести определенные материальные затраты, связанные с повышением квалификации,

переквалификацией или увольнением работника по причинам производственного или

экономического по­рядка.

В-четвертых, государство создает систему законов, обеспечиваю­щих каждому

гражданину право широкого выбора в своей жизнедея­тельности, не

противоречащей нормам общечеловеческой морали, поведения и т.п.

Переходный период к рыночной экономике — серьезное испытание для каждого

человека. Кто-то этот этап проходит легко, кто-то труднее, а для некоторых

людей — это просто катастрофа. Но этот период для нас неизбежен, ибо нынешние

трудности были заложены еще в командно-административной системе, подлежащей

ныне де­монтажу.

Использованная литература.

1. С.Л.Брю, К.Р.Макконелл, учебник "Экономикс" т.1

2. П.Хейне "Экономический образ мышления", 1991г.

3. Российская газета от 08.02.94г. - "Итоги социально-экономического развития

России 1993г.

4. А.С. Багданов, А.Н. Голиков и др., учебник «Курс экономической теории»,

Киров – 1993г.

5. Известия от 12.05.94г. N 88, Финансовые известия N 21 (82), "Финансово-

экономические показатели".

6. Газета "Третье сословие" - N 12 : В.Кривошеев "Порочный круг бедности";

В.Овчинский (МВД РФ) - "Открытые данные о скрытом мире"; Я.Глинский (институт

социалогии РАН) - "От общего Гулага к общей "малине".

7. Е.Ф.Борисов, Экономическая теория

8. Послание Президента РФ к Федеральному Собранию РФ "Об укреплении

Российского государства (Основные направления внутренней и внешней политики),

от 24.02.94г.

[1] И не только люмпенских. Вообще

значительной части населения нашей страны присущи патернализм («государство

должно все обеспечить») и эгалитаризм (уравнительность) в его экономическом

мышлении.

Страницы: 1, 2, 3, 4


© 2007
Использовании материалов
запрещено.